Михаил Булгаков, Грядущие Перспективы, Черный Маг, Мастер и Маргарита,
Тайному Другу, Дяволиада, Собачье Сердце. Санкт-Петербург 1993.
Впоследствии, когда, откровенно говоря, было уже поздно, разные учреждения представили свои сводки с
описанием этого человека. Сличение их не может не вызвать изумления. Так, в первой из них сказано, что
человек этот был маленького роста, зубы имел золотые и хромал на правую ногу. Во второй - что человек
был росту громадного, коронки имел платиновые, хромал на левую ногу. Третья лаконически сообщает, что
особых примет у человека не было.
Приходится признать, что ни одна из этих сводок никуда не годится.
Раньше всего: ни на какую ногу описаемый не хромал, и росту был не маленького и не громадного,
а просто высокого. Что касается зубов, то с левой стороны у него были платиновые коронки, а с правой - золотые.
Он был в дорогом сером костюме, в заграничных, в цвет костюма, туфлях.
Серый берет он лихо заломил на ухо, под мышкой нес трость с черным набалдашником в виде головы пуделя.
По виду - лет сорока с лишным. Рот какой-то кривой. Выбрит гладко. Брюнет. Правый глаз черный, левый -
почему-то зеленый. Бровы черные, но одна выше другой. Словом - иностранец.
Тут Степа повернулся от аппарата и в зеркале, помещавшемся в передней, давно не вытираемом ленивой Груней, отчетливо увидел какого-то странного субъекта – длинного, как жердь, и в пенсне
(ах, если бы здесь был Иван Николаевич! Он узнал бы этого субъекта сразу!). А тот отразился и тотчас
пропал. Степа в тревоге поглубже заглянул в переднюю, и вторично его качнуло, ибо в зеркале прошел здоровеннейший черный кот и также пропал.
У Степы оборвалось сердце, он пошатнулся.
"Что же это такое? – подумал он, – уж не схожу ли я с ума? Откуда ж
эти отражения?!" – он заглянул в переднюю и испуганно закричал:
– Груня! Какой тут кот у нас шляется? Откуда он? И кто-то еще с ним??
– Не беспокойтесь, Степан Богданович, – отозвался голос, но не
Грунин, а гостя из спальни, – кот этот мой. Не нервничайте. А Груни нет, я
услал ее в Воронеж, на родину, так как она жаловалась, что вы давно уже не
даете ей отпуска.
Слова эти были настолько неожиданными и нелепыми, что Степа решил, что
ослышался. В полном смятении он рысцой побежал в спальню и застыл на пороге.
Волосы его шевельнулись, и на лбу появилась россыпь мелкого пота.
Гость пребывал в спальне уже не один, а в компании. Во втором кресле
сидел тот самый тип, что померещился в передней. Теперь он был ясно виден:
усы-перышки, стеклышко пенсне поблескивает, а другого стеклышка нет. Но
оказались в спальне вещи и похуже: на ювелиршином пуфе в развязной позе
развалился некто третий, именно – жутких размеров черный кот со стопкой
водки в одной лапе и вилкой, на которую он успел поддеть маринованный гриб,
в другой.
Свет, и так слабый в спальне, и вовсе начал меркнуть в глазах Степы.
"Вот как, оказывается, сходят с ума!" – подумал он и ухватился за
притолоку.
– Я вижу, вы немного удивлены, дражайший Степан Богданович? – осведомился Воланд у лязгающего зубами
Степы, – а между тем удивляться нечему. Это моя свита.
Тут кот выпил водки, и Степина рука поползла по притолоке вниз.
– И свита эта требует места, – продолжал Воланд, – так что кое-кто
из нас здесь лишний в квартире. И мне кажется, что этот лишний – именно вы!
Wer mehr lesen möchte, findet bei amazon zum Beispiel: